Три "бытовых", по намерению автора, романа Данилевского, образующие трилогию, посвященную изображению оригинальной жизни Приазовского края ("Беглые в ..
Чем больше мусора потребляешь тем меньше у тебя остается а чем больше у тебя есть тем больше потребляешь. Все галлюциногенные наркотики почита..
За холмы, где паляща хлябь Дым, пепел, пламень, смерть рыгает, За Т..
Прекрасная песнь о любви (по повести «Гранатовый браслет»)
Александра Ивановича Куприна как человека и писателя сформировало грозовое время первой русской революции. Это оно сообщило купринским картинам — как ни мрачна была их правда — мечту о будущем, страстное ожидание бури, которая очистит и преобразит мир. Заветная мысль Куприна-гуманиста о трагическом противоречии бытия: изначально прекрасный человек среди благой и щедрой природы и — жестокий, противоестественный собственнический строй, несущий ему мучения и гибель. Одним из замечательных созданий А. И. Куприна является повесть о любви “Гранатовый браслет”. Сам писатель называл ее “милой” и признавался, что “...ничего более целомудренного не писал”. Сюжет повести прост: молодой телеграфист цавно и безнадежно влюблен в княгиню Веру Николаевну Шеину. Юноша не выдерживает мук любви и добровольно уходит 13 жизни, а Вера Николаевна понимает, мимо какой великой любви она прошла. Из простого, даже примитивного сюжета Куприн смог сотворить прекрасный цветок, не увядающий уже многие десятилетия. Княгиня Вера любима и любит мужа, “прежняя страстная любовь к мужу давно уже перешла в чувство прочной, верной, истинной дружбы, она всеми силами помогает князю...” Они занимают видное положение в обществе: он предводитель дворянства. Княгиня окружена блестящим обществом, но откуда эта щемящая тоска, не покидающая ее. Слушая рассказы дедушки о 'любви, Вера Николаевна понимает, что она знала человека, который был способен на истинную любовь — “бескорыстную, самоотверженную, не ждущую награды. Про которую сказано — “сильна как смерть” ...такая любовь, для которой совершить любой подвиг, отдать жизнь, пойти на мучение — вовсе не труд, а даже радость... Любовь должна быть трагедией...” Не такую ли любовь испытывает “маленький телеграфист” Желтков? Куприн блестяще показывает, что не зависят высокие моральные качества от сословной принадлежности человека. Это дано Богом — душа, способная любить, может жить в бедной лачуге и во дворце. Для нее не существует ни границ, ни расстояний, ни запретов. Желтков признается, что не в силах разлюбить княгиню Веру. Только смерть сможет оборвать это прекрасное и трагическое чувство. Как созвучны мысли бедняка Желткова и аристократа Аносова. “Семь лет безнадежной и вежливой любви” телеграфиста дают ему право на уважение. Муж Веры, Василий Львович, понял Желткова, может быть, позавидовал таланту этого человека. После кончины Желткова княгиня Вера казнится, что не предотвратила его самоубийства, хотя чувствовала, предвидела такой конец. Она задает себе вопрос: “Что это было: любовь или сумасшествие?” Василий Львович признается жене, что Желтков не был сумасшедшим. Это был великий влюбленный, который не мыслил свою жизнь без любви к княгине Вере, и когда ушла последняя надежда, он умер. Неизъяснимая тоска охватывает княгиню Веру, когда она видит мертвого Желткова и понимает, “что та любовь, о которой мечтает каждая женщина, прошла мимо нее...” Куприн не дает никаких оценок и нравоучений. Писатель лишь передает прекрасную и грустную историю о любви. Души героев проснулись в ответ на великую любовь, и это главное.
Источник:http://www.litra.ru/
Тем временем:
... А еще ему не понравилось, что собака посмотрела на гостя, завыла и бросилась наутек, поджав хвост. Но, давши слово - хоть и не совсем, - Йавис не отступился, и пошли они с приезжим за сарай и заключили сделку. Йавису пришлось уколоть палец, чтобы расписаться, и незнакомец одолжил ему серебряную булавку. Ранка зажила быстро, но остался маленький белый шрам.
После этого дела у Йависа сразу пошли на лад, начал он богатеть. Коровы стали тучные, лошади гладкие, урожаи - соседям на зависть; молнии, бывало, по всей долине секут, а его сарай стороной обходят. Скоро стал он в округе одним из самых зажиточных людей. Предложили ему в окружную управу войти, он вошел; поговаривать стали, что пора его выдвинуть в Сенат штата. Словом, зажила его семья счастливо, можно сказать, как сыр в масле катаются. Кроме Йависа.
Первые годы и он не тужил. Это большое дело - когда человеку начинает везти, тут и голову потерять недолго. Конечно, случалось, особенно в ненастье, нет-нет да и заноет белый шрамик. И раз в год, как часы, проезжал мимо в красивой коляске незнакомец. Но на шестой год он слез с коляски, и с этого дня Йавис Стоун лишился покоя.
Идет незнакомец нижним лугом, по сапогам тросточкой похлопывает - черные сапоги, красивые, но Йавису они еще в первый раз не понравились, особенно мыски. Поприветствовал его гость и говорит:
- Ну вы и молодчина, мистер Стоун. Знатное у вас, мистер Стоун, имение.
- Кому нравится, кому нет, - отвечал мистер Стоун, потому что он был ньюгэмпширец.
- Ну зачем же умалять свое трудолюбие? - сказал незнакомец легкомысленным тоном, улыбаясь во весь свой зубастый рот. - Мы же знаем, в конце концов, как вам это далось, - ведь все поставлено согласно договору и спецификации. Так что в будущем году, когда срок... кхм... закладной истечет, жалеть вам будет не о чем.
- Вот насчет закладной, сударь, - промолвил Стоун и огляделся вокруг, ища подмоги у земли и неба, - у меня насчет нее появляются кое-какие сомнения.
- Сомнения? - говорит незнакомец, уже без прежней приятности.
- Ну да, - сказал Йавис Стоун. - Тут все-таки СЩА, а я как-никак человек верующий. - Он прокашлялся и заговорил смелее...
