...
Было также неприятно и то, что на улице и на соседних крышах собралось
много народу, который ничего не делал и любопытно смотрел на Бен-Товита,
обвязанного платком, как женщина. И он уже собирался сойти вниз, когда жена
сказала ему:
- Посмотри, вон ведут разбойников. Быть может, это развлечет тебя.
- Оставь меня, пожалуйста. Разве ты не видишь, как я страдаю?- сердито
ответил Бен-Товит.
Но в словах жены звучало смутное обещание, что зубы могут пройти, и
нехотя он подошел к парапету. Склонив голову набок, закрыв один глаз и
подпирая щеку рукою, он сделал брезгливо-плачущее лицо и посмотрел вниз.
По узенькой улице, поднимавшейся в гору, беспорядочно двигалась
огромная толпа, окутанная пылью и несмолкающим криком. По середине ее,
сгибаясь под тяжестью крестов, двигались преступники, и над ними вились,
как черные змеи, бичи римских солдат. Один,- тот, что с длинными светлыми
волосами, в разорванном и окровавленном хитоне,- споткнулся на брошенный
под ноги камень и упал. Крики сделались громче, и толпа, подобно
разноцветной морской воде, сомкнулась над упавшим. Бен-Товит внезапно
вздрогнул от боли,- в зуб точно вонзил кто-то раскаленную иглу и повернул
ее,- застонал: "У-у-у",- и отошел от парапета, брезгливо-равнодушный и
злой.
- Как они кричат!- завистливо сказал он, представляя широко открытые
рты с крепкими неболеющими зубами, и как бы закричал он сам, если бы был
здоров.
И от этого представления боль освирепела, и он часто замотал
обвязанной головой и замычал: "М-у-у..."
- Рассказывают, что Он исцелял слепых,- сказала жена, не отходившая от
парапета, и бросила камешек в то место, где медленно двигался поднятый
бичами Иисус.
- Ну конечно! Пусть бы Он исцелил вот мою зубную боль,- иронически
ответил Бен-Товит и раздражительно, с горечью добавил:- Как они пылят!
Совсем как стадо! Их всех нужно бы разогнать палкой! Отведи меня вниз,
Сара!
Жена оказалась права: зрелище несколько развлекло Бен-Товита, а быть
может, помог в конце концов крысиный помет, и ему удалось уснуть...
|
